Загрузка...
BookChat
 
 

Лешкина муза

09.04.2020
Лешкина муза.  
Лешка шагал в толпе рабочих. Смена начиналась ровно в 7 утра. Пахло гарью. Седая дымка скрывала маячивший впереди авангард. Народ растекался по цехам завода. Ну вот, и пришел. Надо успеть вовремя сунуть пропуск в окошко на проходной. Ровно в 7:00 окошко закроется, и, тогда "пиши - пропало", будет прогул. Лешка, студент 4-го курса Авто - механического техникума, в 1972году проходил практику в прессовом корпусе автозавода "ЗИЛ". Работал штамповщиком. Работа была не сложная, но физически тяжелая. Приходилось потеть. Через час работы бригада остановила пресса на короткий отдых. В цехе стало тише. Рабочие разместились на лавочках, закурили. Пошли анекдоты, байки, хохот. Лешка забрался на самый верх штабеля готовой продукции, и стал оглядываться вокруг. В разговорах товарищей он не участвовал. Молод ещё. Да и не интересно. Намного приятнее было вслушиваться в шум от работающих прессов в соседнем пролете. Там работали женщины. На прессах высотой с трехэтажный дом было крупно написано по-немецки "ERFURT". Лешка знал, что пресса эти были вывезены в конце 40-х годов из побежденной Германии. Пресса, как могучие широкоплечие солдаты, стояли в ряд, повинуясь приказам своих новых хозяев - советских строителей светлого коммунистического будущего. И весь этот огромный слаженный грохочущий механизм вызывал в Лешке восторг и гордость. Лешка гордился тем, что он наравне со всеми строит легендарные автомобили марки "ЗИЛ". И его труд не пропадает даром, и сегодня с главного конвейера обязательно сойдёт 500 новых автомобилей. И это будут его, Лешкины, 500 автомобилей. Лешка углубился в свои мечты. Но, вдруг, гул в цехе стал стихать, и на фоне угасающего шума Леша отчётливо услышал музыку. Он подумал: " Ух ты, здорово! В цехе кто-то врубил мощные музыкальные колонки". Леха огляделся. Колонок нигде не было видно. Но, музыка была. И исходила она отовсюду: сверху, снизу, справа, слева. Цех буквально заполнился волшебной симфонической музыкой. Лешка посмотрел вниз на рабочих. Странно! Ничто не изменилось. Мужики продолжали стучать костяшками домино, громко переговаривались, и, как - будто, не слышали этой прекрасной музыки. Леша прислушался. Симфония завораживала. Леша отчётливо слышал каждую скрипку, каждую флейту оркестра, каждый звучащий инструмент. Леша спустился вниз. Спросил товарища: "Колька, ты слышишь?". "Что?"- не понял Колька. "Как, что? Музыку!"- с надеждой спросил Леха. Колька внимательно посмотрел на Леху: "Нет, не слышу". "Ну как же? Ведь музыка звучит…громко!"- Лешка стал раздражаться. Колька приблизился к Лешке и втянул воздух носом: "А ну-ка дыхни!". " Да, пошел ты...!" - Леха отвернулся от товарища, чтобы не дать ему подзатыльник. Перекур закончился. Музыка в цехе выключилась. Леха глубоко вздохнул и встал к прессу. Подумал: "Страна нуждается в автомобилях. Работы хватит каждому". Ровно в 16:15 смена закончилась, и рабочие отправились переодеваться.  
Леха шагал к проходной завода в толпе рабочих. Запах гари усилился. Вспомнил сегодняшний случай. Улыбнулся. "Бывает же такое!". И тут, он вновь услышал музыку. Она отчетливо звучала ... в его голове. Лешка прислушался. Музыка была незнакомой, какой-то необыкновенной, торжественной. Музыка завораживала. Лешку охватило непреодолимое желание слушать ее бесконечно долго. И, в этот самый момент, Лешка понял, что автором этой музыки является ни кто иной, как он сам. Потому что, стоило ему только подумать: «Вот здесь надо добавить скрипок, а здесь - ударить в барабаны», и музыка изменяла свое звучание. Леха опешил, сознание вернулось. Что это? Как это возможно? С этого дня Леха потерял покой. Он каждое утро буквально летел на работу, будто на крыльях, и как только переступал порог заводской проходной, музыка автоматически включалась в его голове. Словно в голове у него щелкал выключатель. Леха был счастлив. Улыбка не сходила с его лица. Он в такт мелодии крутил и кивал головой, пританцовывал, кружился на месте и пел себе под нос. Со стороны его поведение выглядело довольно странным. На самом деле никакой музыки, кроме Лехи никто не слышал. Ребята
стр. 1 из 3
104
Еще
Ничего не найдено
Другие авторы
29.02.2020
Когда-то и Лукьян был молод. Хоть это кажется немыслимым. Работая лопатой по пояс в яме, дед часто погружается в воспоминания. Туда, где многое иначе. 
 
Он сидит на берегу моря. Ему 13. Рядом курит его дед. Из ныне живущих один лишь Лукьян помнит его лицо. Дед курит и выбрасывает дымные кольца из щетинистого рта. Берег полон людей, поэтому Лукьяну хочется закрыть глаза. 
 
— Яша! Разжмурься, кому сказано? 
— Страшно, дед! — юноша зарывает лицо в ладони. 
— А ну! Кому говорят?! — жилистая...
03.02.2020
— Скажи-ка, дядя, ведь не даром 
Москва, спаленная пожаром, 
Французу отдана? 
Ведь были ж схватки боевые, 
Да, говорят, еще какие! 
Недаром помнит вся Россия 
Про день Бородина! 
 
— Да, были люди в наше время, 
Не то, что нынешнее племя: 
Богатыри — не вы! 
Плохая им досталась доля: 
Немногие вернулись с поля… 
Не будь на то господня воля, 
Не отдали б Москвы! 
 
Мы долго молча отступали, 
Досадно было, боя ждали, 
Ворчали старики: 
«Что ж мы? на зимние квартиры? 
Не смеют, что ли,...
02.04.2020
Часть 22. Афоризмы-Размышлялки.  
 
Ненависть – кипящая антипатия, возгоняемая в гнев, агрессию и месть.  
© 
Зависть – тихо растущая ненависть. 
© 
Месть – лечение ран зла тупым скальпелем ненависти. 
© 
Ненависть – проклятие ущемлённого Ego.  
© 
Когда иссякает тепло любви, то зажигают костры ненависти. 
© 
Сатурн пожирал своих детей, ненависть пожирает своих родителей.  
© 
Зависть — всклокоченный корыстью мутный осадок со дна души, рождает подлость и ненависть. 
© 
Если из жизни...
04.03.2020
Балабановский трамвай, позванивая, пересекает проспект. 
 
В это время, из села Вагиново, на лыжах, выехала группа лиц. В спину им нагнетала тяжесть известной поговорки, в шары светило солнце, а впереди маячила перспектива. Она явно была весомой, потому как из Вагиново настолько эффектно не выезжали никогда. 
 
Группа лиц была молчалива, чмыревата, пугала зайчишек запахом житейского опыта и вынуждала глухарей зарываться ещё глубже. Лыжники были обряжены в скоморошечью рванину, на плечах их...