Загрузка...
BookChat
Наверх
 
 

Два брата и золото

09.02.2020
Жили в давнишние времена недалеко от Иерусалима два родные брата, старший Афанасий и меньшой Иоанн. Они жили на горе, недалеко от города, к питались тем, что им давали люди. Все дни братья проводили на работе. Работали они не свою работу, а работу бедных. Где были утружденные работой, где были больные, сироты и вдовы, туда ходили братья и там работали и уходили, не принимая платы. Так проводили братья врозь всю неделю и сходились только в субботу вечером к своему жилищу. Только воскресный день они оставались дома, молились и беседовали. И ангел господень сходил к ним и благословлял их. В понедельник они расходились каждый в свою сторону. Так жили братья много лет, и всякую неделю ангел господень сходил к ним и благословлял их. 
 
В один понедельник, когда братья вышли на работу и разошлись уже в разные стороны, старшему брату, Афанасию, стало жаль расставаться с любимым братом и он остановился и оглянулся. Иоанн шел, потупив голову, в свою сторону и не глядел назад. Но вдруг Иоанн тоже остановился и, как будто увидав что-то, пристально, из-под руки, стал смотреть туда. Потом приблизился к тому, на что смотрел, потом вдруг прыгнул в сторону и, не оглядываясь, побежал под гору и на гору, прочь от того места, как будто лютый зверь гнался за ним. Удивился Афанасий и вернулся назад к тому месту, чтобы узнать, чего так испугался его брат. Стал подходить он и видит, что-то блестит на солнце. Подошел ближе — на траве, как высыпана из меры, лежит куча золота, беремени на два. И еще больше удивился Афанасий и на золото и на прыжок брата. 
 
«Чего он испугался и отчего он убежал? — подумал Афанасий. — В золоте греха нет, грех в человеке. Золотом можно зло сделать, можно и добро сделать. Сколько сирот и вдов можно прокормить, сколько голых одеть, сколько убогих и больных уврачевать на это золото! Мы теперь служим людям, но служба наша малая по нашей малой силе, а с этим золотом мы можем больше служить людям». Подумал так Афанасий и хотел сказать все это брату; но Иоанн ушел уж из слуха вон и только, как козявка, виднелся он уж на другой горе. 
 
И снял Афанасий с себя одежу, нагреб в нее золота, сколько в силах унесть, взвалил на плечо и понес в город. Пришел в гостиницу, сдал гостинику золото и пошел за остальным. И когда принес все золото, то пошел к купцам, купил земли в городе, купил камней, лесу, нанял рабочих и стал строить три дома. И прожил Афанасий в городе три месяца, построил в городе три дома: один дом — приют для вдов и сирот, другой дом — больница для хворых и убогих, третий дом — для странников и нищих. И нашел Афанасий трех благочестивых старцев, и одного поставил над приютом, другого — над больницей, а третьего — над странноприимным домом. И осталось еще 3000 золотых монет у Афанасия. И отдал он каждому старцу по тысяче, чтобы на руки раздавать бедным. И стали наполняться народом все три дома, и стали люди хвалить Афанасия за все то, что он сделал. И радовался на это Афанасий, так что и не хотелось ему уходить из города. Но любил Афанасий брата своего и, распрощавшись с народом, не оставив себе ни одной монеты, в той же старой одеже, в какой он пришел, в той же и пошел назад к своему жилищу. 
 
Подходит Афанасий к своей горе и думает: «Неправильно рассудил брат, когда прыгнул прочь от золота и убежал от него. Разве не лучше я сделал?» 
 
И только подумал это Афанасий, как вдруг видит — стоит на пути его тот ангел, который благословлял их, и грозно глядит на него. И обомлел Афанасий и только сказал: 
 
— За что, господи? 
 
И открыл ангел уста и сказал: 
 
— Иди отсюда. Ты недостоин жить с братом твоим. Один прыжок брата твоего стоит дороже тех твоих дел, которые ты сделал золотом твоим. 
 
И стал Афанасий говорить о том, сколько бедных и странных он накормил, сколько сирот призрел. И ангел сказал ему: 
 
— Тот дьявол, который положил это золото, чтобы соблазнить тебя, научил тебя и словам этим. 
 
И тогда обличила Афанасия совесть его, и познал он, что не для бога делал он дела свои, и он заплакал и стал каяться. 
 
Тогда отстранился ангел с дороги и открыл ему путь, на котором уже стоял Иоанн, ожидая брата. И с тех пор Афанасий не поддавался соблазну дьявола, рассыпавшего золото, и познал, что не золотом, а только трудом можно служить богу и людям. 
 
И стали братья жить по-прежнему.
1.7К
Еще
05.02.2020
Жил в городе сапожник Мартын Авдеич. Жил он в подвале, в горенке об одном окне. Окно было на улицу. В окно видно было, как проходили люди; хоть видны были только ноги, но Мартын Авдеич по сапогам узнавал людей. Мартын Авдеич жил давно на одном месте, и знакомства много было. Редкая пара сапог в околодке не побывала и раз и два у него в руках. На какие подметки подкинет, на какие латки положит, какие обошьет, а другой раз и новые головки сделает. И часто в окно он видал свою работу. Работы было...
03.02.2020
Жила цапля у пруда и состарелась; не стало уж в ней силы ловить рыбу. Стала она придумывать, как бы ей хитростью прожить. Она и говорит рыбам: «А вы, рыбы, не знаете, что на вас беда собирается: слышала я от людей — хотят они пруд спустить и вас всех повыловить. Знаю я, тут за горой хорош прудок есть. Я бы помогла, да стара стала: тяжело летать». Рыбы стали просить цаплю, чтоб помогла. 
 
Цапля и говорит: 
 
«Пожалуй, постараюсь для вас, перенесу вас, только вдруг не могу, а поодиночке». 
 
Вот...
03.02.2020
Одна девочка ушла из дома в лес. В лесу она заблудилась и стала искать дорогу домой, да не нашла, а пришла в лесу к домику. 
 
Дверь была отворена; она посмотрела в дверь, видит — в домике никого нет, и вошла. В домике этом жили три медведя. Один медведь был отец, звали его Михаил Иваныч. Он был большой и лохматый. другой была медведица. Она была поменьше, и звали её Настасья Петровна. Третий был маленький медвежонок, и звали его Мишутка. Медведей не было дома, они ушли гулять по лесу. 
 
В...
03.02.2020
Человек поймал лисицу и спросил ее: «Кто научил лисиц обманывать хвостом собак?» 
 
Лисица спросила: «Как обманывать? Мы не обманываем собак, а просто бежим от них что есть силы». 
 
Человек сказал: «Нет, вы обманываете хвостом. Когда собаки догоняют вас и хотят схватить, вы поворачиваете хвостом в одну сторону; собака круто поворачивает за хвостом, а вы тогда бежите в противную сторону». 
 
Лисица засмеялась и сказала: «Мы делаем это не для того, чтобы обманывать собак; а делаем это для того,...
Другие авторы
09.02.2020
Внутри моей родной околицы, 
И, совершенно точно, - за, 
Мне, разу, не с кем познакомиться, 
Любовь найти себе нельзя. 
 
Вокруг живут одни замужние, 
Иль те, кому мужик - ярмо. 
И мы, красавцы, им не нужные, 
В печали, ноем: "Жизнь - дерьмо!". 
 
Шерше ля фам - ищите, милые, 
Как шершни, в воздухе шурша. 
С лица не пить разводы мыльные, 
Фигура - чёрт с ней, но - душа! 
 
Нужна характером спокойная, 
До ласки лёгкая рукой, 
Верна, как пёс, в быту покорная... 
Явись ко мне, любовь,...
12.04.2020
Продолжение рассказа Иллюзион - время Карателей.  
 
I. Потерпи. 
 
Треск пулеметной очереди не стихал. Тра-та-та-та… 
- Слева! - кричал мужской голос. - Сл-е-е-е-е-ва!!!! 
Тра-та-та-та… - продолжал работать пулемет. 
- Антоха… - послышалось сквозь пулеметную очередь. 
- Гранаты! - кричал уже хриплый голос с другой стороны. 
Ба-бах! Желто-огненная вспышка разрядила унылую и скучную серость пространства. Клубы черного дыма...
19.05.2020
А помнишь? 
Снегирей, прилетающих зимой из хвойного леса на наш двор, чтобы полакомиться рябинкой. Они сидели на заснеженных ветках яблонь, стоявших прямо перед окном нашей уютной кухоньки, где каждое утро пахло какао и молочной кашей… Для снегирей и прочих птиц, оставшихся без корма в холодную зиму, мы с папой сделали кормушку. Нет, не кормушку, настоящий деревянный домик! Да, именно домик, ты помнишь? С окошками в зеленых наличниках, с крышей, крылечком и маленькой лавочкой возле него. Крыша...
27.10.2020
Призрачный свет луны освещал хрупкую фигурку, бредущую вдоль покосившегося забора. 
Луна в ту ночь была необычной. Она казалась огромной, было ощущение, что небесное светило висит настолько низко, что протяни руку – коснёшься кончиками пальцев её холодной поверхности. 
Фигура двигалась странно – рывками. То резко остановится, поднимет бледное, с прозрачной кожей лицо вверх, толи любуясь тёмным небом, толи ещё по какой-то только ей ведомой причине, то сорвётся с места почти в бег, будто боится...